ЛитГраф: произведение
    Миссия  Поиск  Журнал  Кино  Книжный магазин  О магазине  Сообщества  Наука  Спасибо!      Главная  Авторизация  Регистрация   




Друзья:
Алексей Лапиков

С А П О Г И

 
 


                                                  *****

   Владимир Фёдорович ошалело оглядывался по сторонам: где это я? Он стоял, согнувшись буквой Г и держась рукой за язычок «молнии» левого сапога, прямо в середине какого-то большого зала, уставленного полками с многоцветными и разнокалиберными коробками, пакетами, бутылками и мешочками…

   - Ой! Откуда вы взялись? – испуганно вскрикнула женщина в красновато-буром халате с вышитой надписью на нагрудном кармане «Универсам ВИТАЛЮР».

   «Ага! Это ж я собираюсь сюда! А как я оказался  уже в магазине? Я же только что сапоги застегнул в прихожей. Даже пальто не успел одеть!».

   Молодая девушка, в шубке и мохнатой шапке, старательно объехала своей корзинкой на колёсиках медленно разгибающегося пожилого седого мужчину в новеньких зимних сапогах, но в летней рубашке с короткими рукавами, и участливо спросила:

   - Дедушка, а вы где живёте? Не замёрзнете, пока до дома дойдёте? Адрес свой помните?

   «Чего это она?»

   - Спасибо, помню, конечно, - машинально ответил Владимир Фёдорович, очумело озираясь вокруг и перехватывая жалостливые взгляды. Он зачем-то подошёл к полке, и принялся рассматривать консервные банки. В голове шумело, мысли путались…
 
   «Ничего не помню…Как же я по морозу полкилометра в летней рубашке… И почему – раком посреди зала? Неужто так старость пробивается? Склероз настиг…». Тут Владимир Фёдорович обнаружил у себя в руке банку со сгущёнкой и заметил рядом напрягшегося охранника магазина. «Боится, что сумасшедший дед запустит банкой куда-нибудь…». Он аккуратно поставил банку на полку и направился к гребёнке касс. «Домой! Срочно домой! Там разберусь!»

   - Домой… - пробормотал Владимир Фёдорович – и внезапно исчез. Кассирша приподнялась на своём сиденье и заглянула в проход между кассами, затем взглянула на охранника. Тот молча пожал плечами, подошёл к кассе и внимательно осмотрел всё вокруг. Странного пенсионера нигде не было…

   - Из магазина, во всяком случае, он ничего не вынес, - успокаивающе заметил невозмутимый охранник. – Я за ним присматривал. Чудак какой-то…

   - Больной человек, видно, - жалостливо сказала кассирша. – Вид у него такой… И в одной рубашечке…

                                                  *****

   Владимир Фёдорович стоял в своей прихожей и затравленно озирался: «Да что же это за напасть такая! Оказывается, я ещё не выходил из дома…»

   - А что это было? – услышал он удивлённый голос жены. Широко раскрытыми глазами она смотрела на мужа, который вдруг пропал на  несколько минут, а потом неожиданно возник. – Что это за фокусы ты вытворяешь, Володя? Прямо на глазах исчез, потом внезапно появился…

   - Валь, я и сам ничего не понимаю, - просипел внезапно осевшим голосом Владимир Фёдорович. – Только застегнул «молнию» на втором сапоге, не успел ни пальто одеть, ни шапку, и – бах – стою раком посреди зала в «Виталюре» в одной рубашке, а народ на меня таращится: откуда очумелый дед выскочил? Потом точно так же – бах – и я опять дома! Я уж подумал: всё, провалы памяти начались… А ты что видела?

   - Что видела? – переспросила оторопевшая Валентина Петровна, - Я в прихожую выглянула с кухни, смотрю – ты сапоги обуваешь. Спросила: «Куда это ты?», а ты ответил: «В магазин, в «Виталюр» - и… р-раз… пропал! Глазам не поверила, подошла, руками по воздуху пошарила – нету! В коридор вышла, к лифту – никого. Обратно в прихожую вошла, стою в раздумьях, а ты тут … р-раз – и нарисовался!

   Супруги постояли, молча глядя друг на друга, потом Владимир Фёдорович решительно стянул сапоги и направился к дивану.

   - Всё, никуда не пойду сегодня больше, ни в какой «Виталюр». Сходи ты, может, разузнаешь там: был я у них или не был… А я пока давление померяю и температуру – что-то мне нездоровится.

                                                  *****

   Валентина Петровна вернулась из магазина с пакетом молока, половинкой батона и ошеломляющей вестью:

   - Володя, ты там точно был! Мне кассирша рассказала. Неизвестно откуда взялся посреди зала, а потом исчез прямо у неё перед кассой. Они там сейчас пугают друг дружку привидениями и вспоминают, что магазин построен на месте старого деревенского кладбища.

   - Какого кладбища?! Тут болото было, пока район не начали застраивать.
 
   - Ну надо же как-то объяснить твоё появление… Ты пока не ходи в «Виталюр», пусть всё успокоится.
 
   Она присела на диван, рядом с лежащим мужем:

   - Что ты намерил, кстати?

   - Да ничего особенного… Температура нормальная, а давление немножко повышенное.

   - Ну, это от волнения, понятно. Давай восстановим в подробностях, как всё было.

   - Да я уж прикидывал… Кажется мне, Валечка, что без сапог, которые утром с рынка принёс, не обошлось. Неси-ка их сюда, давай осмотрим. Вот чует моя душа…

    Придирчиво разглядывали каждый шов, каждый рубчик. С помощью маленького зеркальца заглянули в носок, изучили и прощупали стельки и толстые полиуретановые подошвы. Сапоги, как сапоги… Короткий коричневый мех внутри, «молния» с внутренней стороны, несколько строчек на носке.  Белая матерчатая полоска с какими-то значками, торчащая из верхнего шва...
 
   А Владимир Фёдорович одновременно очень подробно рассказывал жене, как утром ходил по рынку, как покупал в мясном павильоне говяжий полуфабрикат для супа – кости с остатками мяса. Как увидел несчастную чёрную суку с обвисшими набухшими сосками - явно кормящую маму, сидевшую у входа и безнадёжно провожавшую голодными глазами каждого выходящего из дверей, как отдал ей всю свою покупку…

   - Ей же щенят кормить, а мы обойдёмся. Потом в рыбный павильон заскочил, в овощном побывал. И на выходе с открытого рынка набрёл на маленькую обувную палатку с молоденькой чернявой продавщицей. «Обувь любого размера по индивидуальным заказам», а на прилавке образцы – две пары сапог, женские и мужские, и две пары туфлей, тоже женские и мужские. И собака эта, кормящая, лежит около. Увидела меня – подошла, потёрлась, тявкнула. Тут продавщица ко мне и прицепилась: «Давайте подберём вам обувь, у нас как раз есть сапоги вашего размера, мы сейчас очень недорого образцы распродаём, давайте померяем…». Чего там мерить, и так видно, что образец мал! Ну, может, самое большее – сороковой. Я ей: «У меня сорок четвёртый» А она смеётся – меряйте, говорит, это вам кажется, что сапоги маловаты. Померил правый – как влитой, левый – то же самое. «Да, говорю, и правда мой размер, только с деньгами у меня сейчас туговато, так что подождём до другого раза». И вдруг собака эта, которую я полуфабрикатом кормил,  хватает мои старые сапоги и куда-то мчится. А я стою на картонке в новых сапогах и не знаю, что делать. «Да вы не переживайте – успокаивает продавщица – берите так, бесплатно. Спишем, как не выдержавшие примерку. Ну, не идти же вам босиком по морозу». И опять смеётся. «Не пожалеете. У нашей обуви много скрытых достоинств, со временем разберётесь». «Ладно, говорю, я вам деньги с пенсии отдам, а пока уж потерпите».

   - Вот так я при сапогах оказался, - закончил свой рассказ Владимир Фёдорович. - Ну что, внешне - обычные сапоги…

   Посидели, поглядывая друг на друга.

   - Ты знаешь, Валя, я, похоже, понял. Дай-ка, померяю ещё разок…

   Владимир Фёдорович не спеша натянул вначале один сапог, потом другой. Застегнул «молнию»… Валентина Петровна во все глаза смотрела на мужа.

   - Валь, я тебе позвоню…

   Он встал, слегка побледнев, покачался зачем-то с пятки на носок и обратно. Потом истово перекрестился три раза подряд и произнёс:

   - В квартиру к дочке Тане…

   И исчез…

   Хотя Валентина Петровна, затаив дыхание, ждала звонка, но всё равно вздрогнула от неожиданно резкого звука.

   - Валь, я у Тани в квартире. Она ещё на работе, так что я сейчас назад прибуду. Чего одному-то тут делать…

   И муж возник в комнате, радостно ухмыляясь.
   
                                                  *****

   Весь вечер и половину ночи супруги обсуждали, что делать с неожиданно свалившимся на них необычным средством передвижения. В понедельник рынок не работает, выходной, пойти и поговорить с продавщицей не получится. Может, по ошибке к ним эти сапоги попали, может, это какие-то испытания. Или опыты спецслужб… В связи с этим предположением Владимир Фёдорович внимательно прислушался к своему самочувствию после нескольких перемещений в пространстве и чётко заявил о полном отсутствии у него каких-либо отрицательных ощущений и эмоций.
 
   Решили детям пока ничего не рассказывать, чтобы не посеять в них сомнения в умственной полноценности своих родителей, а утром приступили к системным экспериментам.

   Каждый сапог одели в отдельный полиэтиленовый пакет, чтобы подошва не потёрлась, а Владимир Фёдорович натянул новые, ни разу не надёванные носки – мало ли… Чтоб претензий не было, если сдавать придётся. 
   
   Оказалось, что сапоги слушаются только Владимира Фёдоровича. Когда по настоянию мужа  их обула Валентина Петровна, и попросила перенести её тоже в Танину квартиру – ничего не получилось. Да и выглядела она комично со своим тридцать пятым в мужских сапогах сорок четвёртого размера… А Владимир Фёдорович, одевшись потеплее, нырнул в свою обновку – и на несколько минут появился на даче, повесил на дерево кусочек свежего сала для синичек, убедился, что в домике всё нормально и тотчас вернулся домой.

   - Всё! Дальнейшие испытания – только в квартире. Летай себе из кухни в спальню. Если что-то не так пойдёт, то хоть не по морозу домой добираться, - категорически заявила сердобольная Валентина Петровна, и Владимир Федорович с ней согласился:

   -  Ты, наверно, права, Валя… Да и результат сразу виден.

   Он очень уважал свою супругу за предусмотрительность, постоянную жажду знаний и готовность к действиям. Уже будучи на пенсии, она сумела освоить компьютер, Интернет и даже прошла в нём тренинг по системно-векторной психологии Юрия Бурлана, что и не каждому молодому под силу.
 
   После тренинга Валентина Петровна определила так называемые векторы-психотипы почти всем родным и знакомым и занесла результаты своего определения в специально заведенную тетрадку, которую бережно хранила и никому не показывала.  Время от времени после каких-либо событий она доставала эту тетрадку, что-то дописывала, вычёркивала… Попыталась она донести хотя бы часть своих знаний и до Владимира Фёдоровича, но тот понял только основы науки и после этого зауважал жену ещё больше. Тем более, что Валентина Петровна иногда помогала мужу, до пенсии – заместителю директора по производству, дельными советами по подбору персонала.
 
   Выяснилось, что сапоги переносят вместе с Владимиром Федоровичем всё, что он держит в руках: пакет, банку с вареньем, кухонную табуретку. Но если перед перемещением испытатель сидит на той же табуретке на кухне, то в спальне она не появится. Владимир Фёдорович убедился в этом при первом же опыте, больно ударившись задом о пол спальни и слегка присыпав себя при этом мукой из пакета, который держал в руке.
 
   Если просто придерживать рукой тяжёлую тумбочку с кухонной утварью, не отрывая её от пола, то она тоже не участвует в перемещении. Но стоило только чуть-чуть приподнять её в момент команды на перенос – и тумбочка вместе со всем содержимым тоже возникла в спальне. Правда, при этом она выскользнула из рук экспериментатора, и даже небольшой высоты хватило, чтобы у стеклянного стакана-миксера от кухонного комбайна отлетела ручка.

   Лениво позёвывавшая на кровати кошка, взятая на руки, перенеслась с хозяином на кухню, но там с безумным видом и страшным рёвом вырвалась и умчалась обратно в спальню. Опешивший Владимир Фёдорович ещё раз поклялся, что никакого отрицательного воздействия на свой организм со стороны сапог не испытывает, ясность ума не утрачивается, потери памяти не наблюдается и вообще чувствует он себя замечательно. После этого списали странное поведение кошки на её капризность и эффект неожиданности и решили повторить опыт попозже.

   - А ведь так можно и в Феодосию, например, вдвоём на отдых слетать, - задумчиво произнёс Владимир Фёдорович, поглядывая на жену. – Как бы проверить, есть ли предельное ограничение по дальности переноса и перебрасываемой массе… А то взять тебя на руки – и на черноморский пляж!

   - Ну, по массе, наверно, ограничение – это твои физические возможности по поднятию тяжестей, – предположила Валентина Петровна. – Тумбочка ведь тяжёлая. А вот по дальности… Начнёшь проверять – а вдруг перебор? И рассеешься где-либо в пространстве между стартом и финишем…

   Посидели, пораскинули мозгами… И по всему выходило, что без инструкции, или хотя бы ответа знающего человека, не обойтись. На какой энергии работает аппарат? Нужна ли подзарядка, а если нужна, то как это сделать? Дальность перемещения, перебрасываемая масса… Как часто им можно пользоваться: хоть каждую минуту или не более, чем пять раз в день, например?

   - Ладно, - подытожил результаты совещания Владимир Фёдорович. -  Завтра, во вторник, возьмёшь сапоги, пойдёшь на рынок, найдёшь эту палатку и всё уточнишь. Если попросят вернуть – отдашь сапоги, и всё. Я же не могу пойти сам, если сапоги отдам – в чём домой возвращаться? 

                                                  *****

   Валентина Петровна вернулась с рынка с большой картонной коробкой, на которой красовалась броская надпись «Торт «Сюрприз».

   - А сапоги где? Сдала? – тут же спросил Владимир Фёдорович.
 
   Жена молча кивнула головой и он внезапно почувствовал себя ограбленным. Мысленно Владимир Федорович уже побывал в своей необычной обуви не только в Феодосии, в которой лишь раз в жизни отдыхал с женой и детьми тридцать лет назад по профсоюзной путёвке, но и на знаменитых золотых пляжах Болгарии, и даже в таинственной Турции. И вот мечта рассеялась, впереди – только суровые будни на скромную пенсию.

   - Рассказывай, - подавив тоскливый вздох, попросил Владимир Фёдорович.

   - И рассказывать-то особо не о чем, - грустновато ответила Валентина Петровна. – Пришла на рынок, нашла палатку. Показала сапоги девушке, она спрашивает: «А чего ж хозяин сам-то не пришёл?». Соврала ей, что ты немного приболел. «А-а! А что за проблема у вас?» Ну, я ей и рассказала всё – как ты в «Виталюре» очутился, как мы с тобой решили вернуть странные сапоги обратно, да только выходной день на рынке помешал, как вчера целый день экспериментировали, предварительно запихнув каждый сапог в пакет для сохранности внешнего вида. И про то, как мы без инструкции побоялись дальше заниматься перемещениями.   В общем, всё-всё рассказала. Положила коробку с сапогами на столик, она и убрала её сразу к себе под прилавок. И очень внимательно слушала, кивала головой, смеялась… А потом говорит: «Спасибо вам большое! Это действительно очень ценный экземпляр. Но неужели не жалко отдавать, ведь такая удобная вещь в быту?». Ну, мало ли кому чего жалко, говорю. Вещь явно дорогая, и явно попала к нам по ошибке – чего же жалеть? Ну, а девушка вынимает из-под прилавка коробку с тортом и говорит: «Можно вам маленький подарок сделать? Просто, чтобы чуть-чуть поднять настроение. Вечером за столом откроете с мужем и вспомните это необычное происшествие. Спасибо вам ещё раз!»

   Вот и всё.

   - Эх! – махнул рукой Владимир Фёдорович. – Жили без этой штучки – и дальше проживём! Ставь чайник, Валюша, раз такое дело! Чайком побалуемся!

   Пока грелся чайник, Владимир Фёдорович аккуратно развязывал верёвочку на коробке. Неизвестно зачем, узлов там было навязано аж семь штук – и все затянуты на совесть.

   - Да разрежь ты её! – не выдержала жена. – И как у тебя терпения хватает расколупывать эту путаницу…

   - Э-э-э, нет, - пропыхтел Владимир Фёдорович. – Ты мне за неё ёще спасибо скажешь, когда горох на даче подвязывать будешь. Или огурцы.

   Последний узел сдался одновременно со свистком закипевшего чайника.

   - Ну-с, - потёр руки хозяин. – Что там за торт…

   Он поднял крышку и замолчал.

   В коробке лежали две пары сапог – женские и мужские… Маленькие, явно детского размера…

   - Валь, глянь-ка… - Валентина Петровна испуганно обернулась на необычно хриплый голос мужа и тоже уставилась на сапожки. - Под ними бумажка какая-то… Текст печатный…

   «Наши исследования человеческой расы подошли к концу, и вы нам в этом очень помогли. В благодарность оставляем вам две действующие модели транспойнта. Они настроены на ваши ауры и обретут настоящие размеры при первой примерке. Не волнуйтесь, энергоресурс транспойнта практически безграничен, он пополняется автоматически за счёт энергии вакуума. Дальность перемещения - любая точка планеты Земля. 

   Приятных путешествий!»

   - Ну, что, Валюха? Готовимся в Турцию? – голос Владимира Фёдоровича был полон едва сдерживаемых эмоций…

   - А почему бы и нет? – радостно откликнулась Валентина Петровна…

                                                  *****



Изм. 
 Владимир Хабаров
Энергия есть везде, просто мы многого не знаем....В познании природы и ее законов мы еще малые дети...

 
 Елена Шмидт
Замечательный рассказ, но поридираюсь.
    Супруги слишком быстро въехали в ситуацию и приняли её безоговорочно.
    пополняется автоматически за счёт энергии вакуума - там есть энергия?!

 

 

 

Рекомендуем:

Скачать фильмы

SetLinks error: Incorrect password!

     Яндекс.Метрика  
Copyright © 2011,